Category: путешествия

Category was added automatically. Read all entries about "путешествия".

девчушка

Израиль

Я в Израиле, в Карней Шомроне. Но буду рада увидеть знакомых, так как на машине.
Телефон 0528599271
зубасте

Такой разный Альк (типа рейтинговые сцены)

Не любите вы мои фанфики, не комментите, ну и не надо, я все равно их постить буду, зря я, что-ли, над рейтингом страдала?

[моя первая настолько жестокая сцена]
Название: Бойтесь своих желаний
Размер: драббл, 808 слов
Пейринг: Альк/фрейлина
Категория: гет
Рейтинг: NC-17
Краткое содержание: ...а то они могут исполниться, но совсем не так, как вам хотелось. А придворных дипломатов отличают не только дипломатичные поступки.
Примечание: По канону — «Год крысы»

Возвращение Алька Хаскиля в Брбржисщ сначала прошло практически незамеченным. Широкой общественности было известно, что сын Хаскилей, вопреки воле родителей, сбежал в ринтарскую Пристань. Учитывая историю деда, никто и не сомневался, что Альк станет путником. И стал. Что тут такого?
Потом говорили, что видели его во дворце, с секретным донесением, после чего Ее Высочество Исенара долго ходила сияющая, с таинственной улыбкой на устах. Фрейлины немного посудачили о том, что же было в том донесении, однако едва не начавшаяся война с Ринтаром сменила приоритеты в разговорах, и теперь сплетничали о том, что случилось на границе. Слухи ширились, плодились; говорили даже о божественном вмешательстве.
Как бы то ни было, в один прекрасный день Альк снова появился во дворце. Вместе с отцом, с которым если не помирился до конца — придворные углядели поджатые губы старшего Хаскиля и взгляды, которые он иногда бросал на сына, — то хотя бы договорился о нейтралитете.
Хаскилей сразу же проводили к тсаревне. Что произошло за закрытыми дверями — осталось тайной даже для вездесущих глаз и ушей, но в результате переговоров Альк остался при дворе. Поговаривали, что он ждет какого-то тайного задания государственной важности.
Годы, проведенные в Пристани, не исправили характер младшего Хаскиля. Он остался таким же язвительным мизантропом, как и до этого. Разве что спеси немного поубавилось. Зато от его проницательных глаз хотелось побыстрее скрыться. Казалось, путник заглядывает прямо в душу и вот-вот пойдет к тсарице докладывать о всех случаях мелкого воровства, заговоров и тайных союзов, направленных на снискание внимания и благосклонности правящих особ.
Фрейлин Альк притягивал, как пчел — мед. Таинственность и опасность, исходящие от него, были просто осязаемыми. Крыса на плече придавала облику еще большую изюминку. Но все ухищрения девиц были безуспешными. Альк смотрел на фрейлин и не видел их. Даже обморок одной из них не помог. Жестокий Хаскиль просто переступил через тело, не удостоив его взглядом. Хотя из-под предварительно распущенной шнуровки корсета соблазнительно выглядывали полукружья грудей. И даже левый сосок — едва-едва, чтобы возбудить интерес и желание.
Ни интереса, ни желания Альк не проявил.
Девицы начали на него настоящую охоту. Придворные делали ставки. И с каждым днем они росли. То тут, то там виднелись стайки фрейлин, оживленно обсуждающих очередную стратегию покорения Хаскиля. Однако Альк не попался ни в одну из ловушек. Девицам приятнее было думать, что в этом помогало его путничье чутье, а не ум. Вот еще — признавать себя глупее!
Иногда Альк исчезал, но этому никто не удивлялся. Кому, как не отпрыску славного рода, продолжать семейное дело служения Саврии? В отсутствие Алька фрейлины не дарили привычное внимание придворным кавалерам. Они как будто увядали до того момента, пока в ворота не въезжала скаковая корова, на которой с привычным отрешенным выражением хищного лица восседал предмет желаний всей женской части дворца.
Однажды Альк все же попался. Роковую роль сыграл случай. Владка случайно, задумавшись, повернула не в тот коридор, так же, задумавшись, брела по нему, морща лобик и решая, какое же платье надеть на бал. Розовое или зеленое? Синее — точно нет. Именно поэтому сидящий на банкетке и погруженный в свои думы Альк почувствовал (точнее, ощутил) опасность только тогда, когда ему на колени свалилось тело. Владка не захотела упускать возможность.
— Возьми меня! — заявила она безо всякой нежности, обвивая Алька руками за шею и ногами за бедра — на всякий случай, для верности.
Конечно, он мог стряхнуть девицу с себя несколькими движениями. И даже не одну девицу. Но преследования фрейлин так ему надоели, что Хаскиль-младший решил покончить с этим раз и навсегда.
— Хорошо, — прошипел он
Владка взглянула в его глаза — и ей стало страшно. Худощавое, но очень сильное тело навалилось на нее, сжав тонкие руки фрейлины в жестком захвате и подняв их над ее головой. Второй рукой Альк разорвал на ней платье. Он смял в поцелуе ее губы, прокусив нижнюю, и даже не заметил слабых попыток сопротивляться. Миг — и разорванные панталоны летят на пол. Еще миг — и коленом он раздвинул девичьи бедра. Еще миг — и рука, до тех пор жадно мявшая ее грудь, опустилась вниз, проникая пальцами внутрь. Владка, не желавшая уже ничего, вцепилась в длинную косу, очень удачно оказавшуюся рядом с ее рукой, и дернула ее изо всех сил. Лицо Алька на миг исказилось от боли, и тут же он отвесил девушке пощечину, отчего ее голова мотнулась по банкетке.
— Ты сама этого хотела, — напомнил он.
Не обращая внимания на отчаянное сопротивление и удары кулаков по его груди, он снял штаны, подхватил фрейлину под спину и насадил ее на себя, заставив коротко вскрикнуть. Одной рукой без видимого напряжения он опирался о банкетку, второй — крепко держал Владку, прижимая к себе и не позволяя вывернуться, освободиться и сбежать. Жесткая вышивка на рубашке царапала ее нежную кожу, полураспущенная коса щекотала шею, а часть прядей пыталась попасть в рот. Фрейлина мечтала только об одном: чтобы эта мука поскорее закончилась.
Несколько резких, глубоких движений… Альк кончил ей на живот, хрипло выдохнув. Сперма, сначала теплая, быстро застывала, стягивая кожу.
Хаскиль снял сорочку, обнажив четко прорисованные мышцы, швырнул ее на грудь девушки.
— Прикройся.
И, не оглядываясь, ушел.
Больше к Альку никто не приставал.


[а тут мимими]
Название: Сказка на ночь
Пейринг: Альк/Рыска
Категория: гет
Рейтинг: NC-17
Краткое содержание: Если уж подарить сказку — не вариант, можно ее рассказать. Попутно.
Примечание 1: По канону — «Год крысы»
Примечание 2: По заявке: «Альк/Рыска. Всякой эротики с ванными и девственницами после ухода в закат на коровах!»

Этот день Альк планировал давно. Ещё когда он, будучи крысой, первый раз пробежался по ладному девичьему телу, привыкшему к физическому труду, лизнул маленькие груди с темными сосками, посмотрел на темную поросль между ног, но… Крыса могла сколько угодно исследовать тело девушки, сидя у нее в платье и слушая возмущенные вопли, а вот сам Альк, как бы ни мечтал об этом, не мог сделать ничего из того, что ему действительно хотелось.
Но случилось чудо. А потом еще одно. Человек Альк в долгом пути оценил и зауважал Рыску, пусть она и была необразованной весчанкой. Образование можно получить, а вот человеческие качества даются Хольгой от рождения.
Они ехали на коровах, взявшись за руки. Рыска просто наслаждалась моментом, а вот Альк планировал. Теперь-то его планам ничего не угрожало. Осталось только подобрать подходящую обстановку. Свечи и кровать? Или лучше более привычный для весчан стог? Или мягкая травка на опушке леса? Или покои в замке? Он представил, как является в родовое поместье Хаскилей и говорит: «Отец, мать, знакомьтесь, ринтарская весчанка Рыска, дайте-ка мне лучшие покои для нашей первой ночи!»
Нет уж. Лучше стог.
— Рыска, — по привычке рявкнул Альк, измученный раздумьями, но потом смягчил тон. — А как у вас… хм… мужчина и женщина… хм…
Как бы так сказать, чтобы не испугать и прямо намекнуть на его планы? Но Рыска слишком хорошо его знала, поэтому сразу непреклонно отрезала:
— Только после свадьбы.
— Да я, наследник Хаскилей… — начал было Альк, но понял, что этим ничего не добьешься. — Рысочка, Рысочка, а…
Донельзя удивленная ласковым тоном, та шарахнулась от Алька, как от воплощения Сашия.
Альк заскрипел зубами, но смолчал. Ничего, еще не вечер.
Когда они остановились на ночь, он предусмотрительно послал Рыску проследить, чтобы коровы получили должный уход. А сам развил такую бурную деятельность, что не ожидал от себя подобной прыти. Даже в Пристани он никогда так быстро не двигался, а его приказы еще ни разу не выполнялись с такой скоростью.
К моменту появления Рыски в комнате — единственной с широкой кроватью — уже стояла парящая бадья, постель была застелена более-менее белой простынью, везде горели свечи, создавая приятный полумрак, а в вазе стояли чахлые цветы. Ну, какие уж нашли.
— Ч-что? — спросила Рыска, по инерции делая шаг в комнату и тут же попытавшись удрать.
Однако Альк предвидел такое развитие событий, поэтому специально караулил у двери. Попытка побега закончилась тем, что девушка уткнулась ему в грудь. Альк тут же одной рукой обхватил ее за плечи, нежно, но крепко, а второй погладил по голове.
— Ры… — он проглотил «сочка», помня, как она отреагировала на ласку днем. — Рыска, ты знаешь, что мне нравишься?
В ответ та слабо трепыхнулась. Альк решил считать это положительным ответом.
— Ты же собиралась стать сказительницей. А люди больше всего любят сказки про любовь, — самым искушающим тоном, который был у него в арсенале, проворковал он. — Тебе представляется уникальный… эээ… единственный в своем роде случай испытать на себе прелесть любви.
— Это с тобой, что ли? — подозрительно спросила Рыска, задирая голову, чтобы посмотреть в бесстыжие глаза бывшей крысы.
— А ты полагаешь, что я не могу показать всю прелесть любви? — оскорбился Альк. Почему-то недоверие Рыски его больно ужалило.
Рыска запыхтела, с одной стороны, желая высказать белокосому все, что она о нем думает, но опасаясь выставить себя полной дурой, а с другой стороны ее подталкивало какое-то странное желание покрепче прижаться к худощавому телу. Она видела его обнаженным, но никогда до этого момента не признавалась себе, что это зрелище её волновало. Тела знакомых мужиков из вески, тех же Миха или Цыки, были словно вырублены топором, а тело Алька походило на произведение искусства. В произведениях искусства Рыска разбиралась. Во всяком случае, слова эти мудреные знала. Жар просветил, он большой знаток.
Альк двигался плавно и в тоже время хищно, абсолютно владея своим телом и зная его возможности. В жизни он был заносчивым, грубым и презирающим всех окружающих, но Рыска знала, что в глубине души — где-то очень глубоко — таились нежность, забота и любовь.
Альк почувствовал, что настроение девушки изменилось, и обрадовался. Легко подхватив ее на руки, он понес Рыску к бадье. Дорожные грязь и пот в его планы о потрясающей ночи никак не входили.
Рыска пищала и краснела, когда он снимал с нее платье. Пришлось даже напомнить, что все выпуклости и впадинки ее тела были им изучены в подробностях еще в его бытность крысой. И она совершенно, ну абсолютно не откроет ему ничего нового.
Альк лукавил. Одно дело — наслаждаться ароматом и шелковистой кожей Рыски, бегая по ней на коротких лапках, и совсем другое — провести ладонью по бедрам, поднимая платье, скользя по талии, ребрам, освободить от ткани груди… Как же тяжело удержаться и не приникнуть к ним губами!
Рыска переминалась у бадьи, пытаясь прикрыться руками, но Альк нежно поднял их, стащил платье, швырнул его куда-то в угол. А потом опустился на колени, окидывая взглядом девичье тело, на котором загадочно мелькали отсветы свечей.
— Ты прекрасна, — сказал он искренне и принялся расшнуровывать ее ботинки.
— Альк, — прошептала Рыска, — Альк, а стоит ли это делать?
— Стоит, и даже без свадьбы, — уверенно заявил он. — Рыска, тебя любой умчит замуж, ты хороша даже без коровы, хотя корова, конечно, несомненный плюс. Но любовь… Я хочу подарить тебе сказку. Сказку, которой ты достойна. Если хочешь, будет тебе и замок, и ложе, укрытое лепестками роз, и изысканное вино в бокале, и ночная сорочка с рюшами…
Рыска ожидаемо помотала головой. Отлично, потому что замок в эту сказку совсем не вписывался, а присутствие старших Хаскилей вообще превращало ее в устрашающую быль.
Альк снова поднял Рыску на руки и осторожно опустил в бадью. Девушка блаженно зажмурилась, нежась в теплой воде. Он сбросил одежду и аккуратно присоединился. Уверенности, что в бадье поместятся двое, у него не было. Та, конечно, выглядела достаточно большой, но и Альк был немаленьким.
Поместились.
Он намылил руки и принялся ласкать тело Рыски. От шеи к ключицам, к предплечьям, задержавшись на сгибе локтя. Там такая чувствительная кожа! Опять к ключицам, легко скользя по намыленному телу. Потом вниз, к груди. Погладить два холмика по спирали, постепенно приближаясь к соскам. Потеребить их, вызвав изумленный вздох. Опуститься вниз, на живот, скрытый под водой…
Альк предавался мытью Рыски с полной самоотдачей, пока напряженное тело не расслабилось и не стало откликаться на ласку, бессознательно подаваясь к его ладоням. На этом мытье можно было считать законченным.
Он вынул девушку из бадьи, укутал в пушистое полотенце и отнес в кровать. Сам быстро смахнул с себя капли, очень быстро вытерся и лег рядом. Чуть задержишься — и блаженная нега, в которой сейчас пребывает Рыска, развеется, и начнутся неуместные вопросы, а то и возмущения.
— Я расскажу тебе сказку, — сказал он, раскрывая полотенце. — О жаждущем путешественнике.
Альк прошелся пальцами по шее и остановился за ушком.
— Путешественник вышел из густого леса, — помассировав голову Рыски, он снова вернулся к ушку. Он знал, что там очень чувствительная точка. — И пошел он дальше. — Проскользил до ключиц, спустился к ложбинке между грудями. — И увидел он холмы. И решил их рассмотреть.
Альк сжал пальцами сосок на левой груди, а к правой приник губами. Как же давно он мечтал это сделать! Подразнив сосок языком, он втянул его, чувствуя, как тот затвердевает и сжимается. Рыска вздрогнула и задержала дыхание. Альк играл с ее грудью пальцами, и языком, дул на мокрые и возбужденные соски, слушая, как прерывается ее дыхание.
Едва себя сдерживая, он опускался ниже, лаская ладонями, покрывая поцелуями податливое тело.
— Сказка, — прошептала Рыска. — Что было дальше?
Увлеченный исследованиями желанной, он не сразу понял, что она сказала.
— Сказка, — хриплым от возбуждения голосом произнес Альк. — Да… Спустившись с холмов, он увидел равнину. — Какая же нежная у нее кожа, как отзывается Рыска на каждое его прикосновение! — И захотел он пробежаться по равнине к благодатному священному источнику.
Рыска сжала ноги, и Альк понял, что путешественник зря поспешил. Пришлось ему топать не к благодатному источнику, как бы ни хотелось припасть к нему губами, испить сладостных соков, проникнуть пальцами — сначала пальцами — в мокрое, теплое лоно…
Он чувствовал, что возбужденный до предела член требует возможности войти в девушку, и весь самоконтроль, привитый в Пристани, уходил на то, чтобы не накинуться на Рыску, не сжимать ее в объятиях, покрывая страстными собственническими поцелуями, оставляя засосы на шее и плечах, чтобы каждый видел, что она его, только его.
Вид распластанного по кровати тела, возбужденного, жаждущего, но все еще пребывающего в плену страхов, будил в Альке что-то первобытное, мужское. Так, наверное, Саший смотрел на Хольгу, и так смотрит каждый мужчина на свою единственную. Обнять, прижать к себе, защитить от всего мира, наслаждаться ее нежностью бесконечно, даря изысканные ласки, прислушиваясь к ее стонам и крикам…
— Путешественник снова увидел холмы, — голос белокосого хрипел и прерывался. А пальцы ловко оглаживали колени Рыски, едва ощутимой лаской пробегали по внутренней части бедер. Он лег, прижавшись к ней членом, пытаясь хоть так удовлетворить его. Прикосновение к шелковистой коже было приятно, капелька смазки растерлась о бедро, и Альк несколько раз подался вперед. Внутренности скручивались в тугой огненный узел, губу пришлось закусить до крови, чтобы хоть так удержаться на краю.
Наконец его ласки принесли желанный результат. Рыска, не осознавая, что делает, раздвинула ноги. Уже не требуя ласки, постанывая, сжимая в ладошках простынь, она инстинктивно подавалась вперед. Ее тело лучше знало, чего хочется хозяйке.
Альк устроился у нее между ногами, раздвинул нежные лепестки нижних губ и приник к ним, словно путешественник, добравшийся до священного источника. Рыска была сладкая, такая сладкая, как ни одна женщина в мире. Он ласкал языком бугорок клитора, и стоны девушки сводили его с ума.
Одним пальцем он проник внутрь, готовя лоно к своему вторжению. Рыска замерла. Но тут же расслабилась, качнув бедрами, чтобы его палец проник глубже.
Пришла пора.
Альк оперся на руки и завис над Рыской, любуясь ее лицом, припухшими от страсти губами. Кончики длинных кос мазнули девушку по ключице и шее, вызвав дрожь удовольствия. Он приник к губам Рыски, пил ее неровное дыхание, а потом резко, чтобы не причинять лишней боли, вошел в нее. Девушка — нет, уже женщина! — дернулась и ахнула, член сжали пульсирующие горячие стенки влагалища, и Альк с трудом удержался, чтобы не кончить сразу же.
Не двигаясь, он покрывал ее лицо поцелуями, безмолвно умоляя расслабиться, принять в себя, позволить удовольствию растечься по венам жидким огнем. Через какое-то время, показавшееся ему бесконечностью, бедра Рыски неуверенно качнулись, словно приглашая войти глубже и начать извечный танец мужчины и женщины.
Альк принялся двигаться, размеренно, то глубоко проникая, то дразня, едва заходя кончиком. Рыска была восхитительно мокрой, такой желанной, что в груди все разрывалось от неведомого до сих пор чувства.
Подняв ноги, Рыска обхватила его за спину и начала подаваться вперед, быстрее, быстрее. Она уже не стонала, нет. Хриплые, отрывистые крики оглашали комнату, и к ним присоединилось тяжелое дыхание Алька, который держался из последних сил.
Он излился в нее только тогда, когда Рыска забилась в экстазе, когда запрокинула голову, молотя кулачками по кровати, вздрагивая всем телом. А Альку казалось, что весь мир перевернулся, когда он хрипло простонал «Рыска», содрогаясь от наивысшего удовольствия. На остатке сил Альк скатился с Рыски и прижал ее к себе, поглаживая, успокаивая, даря нежность.
Девушка открыла глаза и робко улыбнулась Альку, облизав пересохшие губы.
— Сказка закончилась? — прошептала она.
Альк покачал головой.
— Она только начинается. Потому что Путник пришел туда, куда вели все его дороги. К любимой.
верхом на звезде

Дневник попаданки, ч. 3

18. Прочитав дедовы книги, узнала, что в столице есть Академия Магии! Вот оно! Наверняка во мне спит невероятно сильный магический дар и способность ко всем стихиям.
19. От Академии Магии пришлось отказаться по независящим от меня причинам. А) У деда нет денег на путешествие, потому что расплачиваются с ним в основном продуктами. А если бы и были, он бы мне их не дал. Б) Нужно пересечь всю страну, как это сделать в одиночку - не представляю, к тому же хорошо знаю, какие приключения могут ожидать невинную девушку в темных подворотнях. Да, я берегла девственность для эльфов, но если бы я знала, что их тут нет, лучше бы лишилась ее с комфортом и презервативом.
20. В этом мире есть венерические болезни. Старикан просветил, когда заметил, как мне подмигивает сын старосты.
21. Только я собиралась научиться художественно выть от тоски, как в ближаюйшую деревню приехал караван купцов. Ура!
22. В этом мире есть цыгане. Почему эльфов нет, а цыгане есть? Хотела отправиться с табором путешествовать, но мерзкий знахарь подлым образом напоил меня сонным отваром, когда я вернулась в пещеру за вещами. Лучше бы ехала в одном платье!
23. Принялась молиться от безысходности. Хотя, если верить старикану, боги здесь не очень отзывчивые. Если ему пришлось молиться 20 лет о помощнице, то меня они могут вообще не услышать, а в загробном мире сказать, что у Христа роуминга не было. А, я же к сатанистам ходила... Знать бы раньше...
24. Конечно! Конечно! Как я раньше не подумала! Во многих книжках фентези именно дьявольские злобные силы прекрасны, сексуальны и нежны в глубине души!
25. Пентаграмма! Кровь! Дохлая мышь! (другой животины я не нашла, а гадские крестьяне даже за курицу ломят дикие цены). Полнолуние (одной из трех лун, но сойдет, думаю). На всякий случай разделась и умастила тело благовониями. Мало ли.
26. А во мне действительно дремлют магические силы! Потому что вызов демона произошел успешно. Более чем успешно. Но успешным был только вызов. Потому что демон - прекрасный, краснокожий, с фиолетовыми глазами, хвостом с кисточкой и шикарной гривой зеленых волос почти до колен - вышел из пентаграммы, пнул дохлую мышь, сказал "А вот это было лишним". И отвесил мне шлепок по ягодицам.
27. Третий день лежу, терплю. Дед мажет ожог на моей попе всякими мазями. Думаю: влюбился в демон в меня с первого взгляда или нет? В книжках часто романтические герои шлепают героинь, а потом у них начинается То Самое Чувство.

продолжение следует
скаутка

Карпаты


Я вернулась из рая. Там было очень хорошо, хотя теплый день был всего один, а все остальное время - +10 и дожди. В единственный теплый день мы катались на конях и на возу

Измученные цивилизацией киевляне на свободном выпасе


Вот просто стоять, смотреть и дышать разнотравьем - такое счастье!

Думаете - просто корова? Неа. Это Особо Опасная Корова, которая шлялась по дороге на перевале. Взлетает машина наверх, а там, посреди узкой дороге, аккурат возле знака "Добро пожаловать в Ивано-Франковскую область" - корова. Ну, а чо? Не фиг превышать скорость на горных дорогах :)

Краткое содержание предыдущих десяти дней моей жизни


Это было замечательно. Это было волшебно. Теперь за книги и за работу!
скаутка

Пост фото и зависти

Итак, сегодня ночью я вернулась из Израиля. Поэтому спешу поделиться впечатлениями, всю неделю буду постить
Впечатление первое, главное. Дороги.
В этот свой приезд мы с drakoniha взяли машину напрокат. Потому что в Израиле прекрасная и разветвленная сеть общественного транспорта, но машина сокращает дорогу в три раза. А с учетом наличия детей и жары, машина сокращает трату нервных клеток в сотни раз.

И мы поехали... поехали...
Какие в Израиле дороги! (За границей я ездила за рулем только там). В Минске дороги хорошие, но в Израиле... Машину не трясет, не качает, едешь - как будто дома в кресле сидишь.
А какие там водители! Да, они тоже сигналят, когда задерживаешься на светофоре, но...
- перестроение; на меня смотрели как на идиотку, когда я долго-долго перестраивалась из полосы в полосу. У нас как? Начинаешь мигать поворотником и очень внимательно смотришь в зеркало. Потому что тебя мало того, что не пропускают, как некоторые гады еще и ускоряются, чтобы тебя подбить (виновата-то ты останешься). А у них? Мигаешь - и можешь перестраиваться. Я мигала, смотрела в зеркало - а машина сзади чуть замедлялась, чтобы я удобно встроилась в поток.
- помощь; В Израиле огромное количество развязок, и однажды мы остановились на островке безопасности на аварийке, пытаясь понять, куда нам поворачивать. За 30 секунд гугления два водителя спросили нужна ли помощь. При этом один из них, видя, что машина прокатная, сразу спросил на английском.
А вот фотки Драконихи - места, куда мы добрались на машине:
Горы возле Бет-Шамеша


Дикий пляж возле Пальмахим

Пляж в Бат Ям

Ашдод

А еще! Я ездила в Икею!
трогательная

Сашенька и лошадь

- Бери обувь и запасные штаны, - сказала Оля volha, когда я собиралась в Минск. - Поедем на лошадках кататься.
Честно признаться, я струхнула. Потому что ездила верхом давно, очень давно, очень-очень давно. Но занималась верховой ездой на конно-спортивной базе, то есть не просто тряслась на замученной конячке вокруг парка во время праздников.
- Оля, - сказала я честно, потому что чего скрывать перед близкой подругой. - Боюсь я.
Маслица в огонек подлили рассказы Оли про ее опыт верховой езды на минских конях типа "а она во время галопа умудряется бить ногами в соседнюю лошадь". Я красочно представляла возвращение в Киев в гипсе и медворотнике на шею.
- Не дрейфь, - сказала Оля. - Я тебя в другую конюшню повезу, там смирные беременные кобылы. И вообще, лошадь - это как велосипед. Села и вспомнила.
Всю дорогу до конюшни у меня было "очень задумчивое лицо".

- Шлем нужен? - спросила хозяйка конюшни.
- Конечно, конечно, - сказала я.
И вы не поверите. Он пригодился! При чем не один раз.

Нет, я с лошади не упала. Кобыла - смирнейшая, на последних днях беременности. Но...
Мы выехали по солнечной погоде. Потом начался град. Потом дождь. Потом дикий ветер. Потом солнце. Потом град. Потом солнце.
Слушая, как по шлему стучит град, я думала: как же хорошо, что мне его предложили! А то была бы мокрая голова, а мокрая голова у меня - это сразу же простуда.

А лошадь - это действительно велосипед. И рысью я проехалась, и немножко галопом, и вообще получила столько позитивных эмоций, что потом пришлось час помолчать - переварить. Я после полученного удовольствия всегда молчу, вспоминаю и наслаждаюсь.

Ну и отдельное спасибо Оле за помощь в восстановлении навыков и БОЛЬШАЯ БЛАГОДАРНОСТЬ за прекрасную верховую прогулку.
девчушка

Я в Минске

Я в Минске!
Мой номер +375444933812. Звоните, буду рада встрече. С интернетом плохо, прошу обращаться по телефону.